Одноактные балеты New York City Ballet

0 739

В Нью-Йорке на сцене David H. Koch Theater труппа New York City Ballet представила программу одноактных балетов Роббинса—Пека—Баланчина. Спектакли мэтров — “Осколки” и “Венские вальсы” — разбавили постановкой “Год кролика” молодого хореографа Джастина Пека, с чьим именем в ведущей американской труппе связывают большие надежды.

New-York-City-Ballet_1

 

В Нью-Йорке имя Джастина Пека на слуху второй сезон. Критики соревнуются в восторженных эпитетах, сам он не скупится на интервью, а американцы выстраиваются в очереди за билетами несмотря на то, что уже известный “Год кролика” давали накануне новой, третьей премьеры Пека. Ему всего 25 лет и, похоже, именно в этом и кроется главный секрет успеха амбициозного хореографа.

New-York-City-Ballet_2

 

В балет он попал абсолютно случайно. Однажды в его родном Сан-Диего, где Пек провел детство в занятиях серфингом под палящим солнцем Калифорнии, на гастроли приехал American Ballet Theater (ABT) с “Жизелью”. Тринадцатилетний подросток так проникся танцем красавца Этана Стифела, что после спектакля отправился не на пляж, а в балетный класс и спустя всего пару лет поступил в Американскую школу балета в Нью-Йорке, откуда после выпуска прямой дорогой вышел в труппу NYCB. Однако дальше его карьера начала буксовать. Не отличающийся ни выдающимися данными, ни приличной выучкой Джастин Пек понял, что выше танцовщика кордебалета ему не прыгнуть, и решил попробовать свои силы на поприще хореографа. Так совпало, что в New York City Ballet — труппе, воспитывающей хореографов из собственных артистов,— в последнее время образовались вакансии. Сначала солист Кристофер Уилдон, а за ним и премьер Бенжамен Мильпье пустились в свободное плавание, основав собственные компании. О хореографических экспериментах танцовщика Пека арт-директор балета Питер Мартинс, благословленный еще Джорджем Баланчиным, узнал из прессы: нескольких отзывов оказалось достаточно, чтобы Пек получил от него предложение поставить балет “Год кролика” — тридцатиминутный бессюжетный опус на музыку молодого американца Суфьяна Стивенса.

New-York-City-Ballet_3

 

Формально он разделен на семь частей, соответствующих произвольно выбранным годам по китайскому календарю. Но высматривать кроликов, тигров, драконов или угадывать отношения между артистами — пустое занятие. Следуя традициям нью-йоркского балета, Джастин Пек пытается визуализировать музыку и стремится быть похожим сразу на всех титулованных американцев: чистота линий Баланчина, азарт Роббинса, фрагментарность Каннингема. Подражает Пек и Алексею Ратманскому, нанизывая в комбинациях излюбленные экс-худруком Большого театра мелкие заноски и юркие прыжочки. С небрежной легкостью он перемешивает кордебалет и солистов, уравнивая в танцевальных возможностях танцовщиков и балерин. Сквозь не лишенное изящества подражание то и дело прорываются, словно фальшивые ноты, его собственные находки. Однако неуместные “восточные” руки, затяжные шатания в шене или акробатические экзерсисы едва ли тянут на откровение.

New-York-City-Ballet_4

 

На премьере осенью прошлого года “Кролика” подавали в один вечер с работами Уилдона и Мильпье. На этот раз воспетый критиками спектакль Пека оказался в компании Роббинса и Баланчина, и на фоне великих мэтров сенсационность открытия существенно поблекла. Почти неизвестный в России балет “Осколки” (1983) — образец американского стиля NYCB. В нем хореография Роббинса не просто вторит музыке Филипа Гласса, а воплощает ее, отражает в движении ее пульс и асимметричность. В этой играющей мозаике десятки комбинаций и оттенков, которые внезапно озаряют сцену и так же внезапно исчезают. А после “Года кролика” идет беспроигрышный хит “Венские вальсы” (1977) Баланчина: роскошные наряды и блеск зеркал, изящные дамы и галантные кавалеры, флирт и тайны. И пусть некоторых артистов труппы легко принять за бегунов из Центрального парка, танцуют они с таким заразительным удовольствием, что можно закрыть глаза и на форму, и на небрежность техники.